Skip to content

[ART PLOSHADKA] Стэф Садовников, ЭШЕЛОН

April 26, 2012

ЭШЕЛОН

небольшой реквием

стэф садовников

 

посвящается вечной памяти

моиx дорогиx и любимыx родителeй

 

1

 

в неизвестность

во мрак, вникуда

по транссибу

тихой скоростью

как похоронный процесс

в этих смертных вагонах

влекомых насильно

паровозом гудящим

с портретом вождя

где смешались

как мусор слоями с навозом

на восток – навсегда

в холода уносились –

недобитые сталиным

судьбы

 

2

 

душной ночью

июльской глухой

сорок страшного года

когда город забылся

в сладчайшем из снов

в него тихо вползла

машин превеликая стая

в переулках она

залегла до утра

жертв своих ожидая

чтобы вдосыть наполнить своё

это вечно голодное

черное чрево –

сотни юных бойцов

с карабинами наперевес

тихо крались к домам

обреченных

 

3

 

о, жестокость!

сорвав

от глубокого сна и постели

как зверей

брали тихо, без шума

и гона собак

даже тех, кто от боли

кричал в колыбели

брали всех

невзирая на возраст

подряд, кто попал

в эти черные списки

врагов из народа…

эти черные судьи

жизней и судеб

те, кто с честным лицом

коммуниста

исполняли с душой

всенародные чистки

 

4

 

стук приклада

в окно или дверь

или запросто в душу

вид трясущихся в страхе

почти обнаженных людей

и святая покорность

отдаться

пред силой великой

беззащитность

и смятость рубашек ночных

возбуждала мозги

кровь гоняла по жилам

предвкушая

вкрутить на погоны звезду

легкой поступью шли

фонарем тишину разрезая

победившие зло на войне

офицеры

 

 

 

 

5

 

вы такая-то?

да и муж ваш

такой-то сякой-то?

одевайтесь!

на сборы всего лишь пятнадцать минут

обвиняетесь в чем?

да пощады к врагам у нас нету

в списках вы

вы одна?

почему не приехал ваш муж?

что? младенец больной?

ну, так это не наша проблема

так, кончай разговоры

и давай собирайся живей

а не то не доедешь живой

куда надо

а куда?

куда надо туда

и поедешь

 

6

 

командир –

прямо в ухо шепнул

конвоир офицеру –

баба есть

а ребенка-то в списочках нет

как же быть –

разделить мать с дитём

это хуже убийства

а в ответ: рядовой!

выполняйте приказ без раздумий!

без приказов –

победы в войне

нам вовек не видать!

наше дело телячье –

мы работаем только по списку

посмотри, там печатей

каких только нет

забирай же её

а ребенка оставь

а потом разберутся без нас

кому надо

 

7

 

заурчал грузовик

но не смог её крик

ну, никак пересилить

и каталась на досках его

задыхаясь от смертной тоски

вдруг второй конвоир

саданул что есть сил по кабине:

командир!

мы ее к эшелону, гляди

не дотянем живой!

хочешь, я поклянусь

побожусь всею властью советской

что нет сил видеть, как

убивается мать

помню сам, как моя

по отцу убивалась, да так

что ребенком остался я в полном

сиротстве

 

8

 

да хрен с ней –

прохрипел командир –

откричится да отревётся!

бабы сильные, знаешь

а я выполняю приказ!

конвоир тут в ответ:

а душа твоя, после

чего тебе скажет?

есть ли мать у тебя?

и, наверное, сына всё ждет?

офицер вдруг, как надо

глотнув перегретого спирта

фляжку ткнул конвоиру

чтоб тоже глотнул

за баранку схватился

и крикнул водителю сухо –

повертай-ка назад

мы забыли забрать

и ребенка

 

 

 

 

9

 

в эту ночь

но совсем далеко

от нее и ребенка –

дверь с петель

и вопрос человеку

как штык, прямо в лоб:

мы про вас знаем всё –

вы такой-то сякой-то

а ваша жена куда делась?

говорите, уехала к родичам в гости?

так, отставить рассказ

арестованы вы

и на сборы пятнадцать минут

обвиняетесь в чем?

зря у нас никого не берут, не сажают!

говорите – ошибка?

ошибаются все

но вот только не родина-мать

 

10

 

целый месяц

вёз тот эшелон

горемычный

под маток, ненавидящих всё

конвоиров-солдат:

обреченные взгляды

старушек невинных

и младенцев грудных

недокормленных крик

и младые глаза

омертвлённые

страхом и жутью

и тягучие песни

что души до боли дерут

и стенания

стоны духом упавших –

пустыни тайги оглашая

нещадно

 

 

 

 

 

11

 

но нежданно

в таёжном углу

у поселка, забытого Богом

эшелон вдруг застрял

и сбежались мгновенно к нему

сотни женщин простых

с узелками еды и бинтами

и конвой, оттолкнув

по вагонным прорехам

протолкнули свои узелки

но увидев младенца у матери

почти неживого

слезы брызнули и заголосили они:

нам отдайте его

а не то пропадет ваш мальчонка

вот наш адрес

его выходим мы, а потом

вам его возвернём

непременно

 

12

 

исхудавшая –

кожа да кости –

ну, просто врагиня народа

вместо голоса – хрип

вместо глаз – океан немоты

видя помощи рук протянувшихся

искренних женщин

поклонилась она

но кровиночку не отдала

а из глаз покатилась слеза

и сорвавшись с ресниц

тихим звоном разбилась

на уснувшем, иссохшем

и грустном лице малыша

эшелон вдруг пошел

еще долго за ним –

кто бежал, а кто шел –

эти странные люди с добротой

вековечной

 

 

 

13

 

сквозь июльский

нещадный угар

и зной нестерпимый

без стоянок, без пищи, воды

ну, а клозет

кто куда как умел

сам придумывал каждый

и уже не стесняясь почти

и глаза опустив

за свой срам у НЕГО

он молил о прощенье

среди сотен таких же

потупленных глаз

и мечтал поскорей

о любом избавленье

даже смерти просил

её не боясь

 

14

 

а в вагоне одном

где оконце вспотев

от прокисших людских испарений

от жары и прохлады

уральской ночной

всё манило к себе

одного человека худого

и лицом

пожелтевшим от боли души

он на этом стекле

рисовал указательным пальцем

имена, человечков

и свой маленький дом

что в ту ночь

при аресте его

захватил постаревший

завистник иуда

оболгавший по злобе

согласно советам

вождя

 

 

 

 

15

 

человек

всё чертил

и болела душа, и страдала

ничего он не знал

ни о сыне своём и жене

а с собой при аресте

успел он схватить

лишь один чемоданчик

где лежали

одни распашонки и фото родных

но вот вздрогнул железом

вагон окаянный

и рисующий палец

воткнулся

в стекольный разлом

кровь заткнул он тряпьем

как попало

оторвав от несвежей рубашки

своей

 

16

 

день проходит

другой –

он с нарывом

лежит в лихорадке

на четвертый –

в вагон вдруг вошла медсестра

и сказала:

сейчас мы залечим ваш палец

и достав свой журнал

лишь спросила его, как зовут

всё как нужно

она аккуратно вписала

но потом вдруг спросила

странно взглянув:

а вот женщина в первом вагоне

что с ребенком, увы, умирающим

кстати

а фамилии ваши так схожи –

уж не ваша ли это

жена?

 

 

17

 

так и встретились

снова они

в своем горе, в одном эшелоне

знать судьбу их ОН им

для чего-то хранил

пусть в сибирь

пусть в тайгу

были властью

как звери гонимы –

освященная

Господом встреча

и в любви

разделённых насильно

всё равно состоялась

как бы ветер эпохи

всевластный и злой

у любви не сдирал

паруса

…………………..

artploshadka.wordpress.com

 

One Comment leave one →
  1. May 29, 2012 8:07 am

    Спасибо, Стефан!!!

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google photo

You are commenting using your Google account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s

%d bloggers like this: